Некрасов Николай Алексеевич
 VelChel.ru
Биография
Хронология
Статьи
Семья
Галерея
Кому на Руси жить хорошо
Поэмы
Элегии и думы
Ранние Стихотворения
Стихотворения
Стихотворения 1875-1877
Из водевилей...
Русским детям
Песни
Пьесы
  · Забракованные
  · Юность Ломоносова
  · Медвежья охота
  · Феоклист Онуфрич Боб, или муж не в своей тарелке
  · Актер
  · Великодушный поступок
  · Волшебное Кокорику, или Бабушкина курочка
  · Вот что значит влюбиться в актрису!
  · Дедушкины попугаи
  · Кольцо маркизы, или Ночь в хлопотах
  · Материнское благословение, или Бедность и честь
  · Осенняя скука
  · Петербургский ростовщик
  · Похождения Петра Степанова сына Столбикова
  · Федя и Володя
· Утро в редакции
  · Шила в мешке не утаишь - девушки под замком не удержишь
Сказки
Ссылки
 
Николай Алексеевич Некрасов

Пьесы » Утро в редакции

Водевильные сцены из журнальной жизни


Кабинет, опрятно и довольно роскошно убранный; по стенам развешано множество портретов писателей и артистов:
на книжных шкафах бюсты Вольтера, Руссо, Пушкина, Крылова, Шиллера и Гете.
У стены письменный стол, уставленный разными красивыми безделками, в систематическом порядке,
и покрытый бумагами и книгами. Семячко, журналист, сидит у стола

Семячко. Пропасть дела. Мало того что пиши, да пиши еще наскоро, на заказ, пиши под мерку наборщика: именно столько, сколько надо в нумер. А тут, глядишь, придется что-нибудь выбросить, и опять добавляй; и всё в меру и в строку. Чуть свет бесчеловечные наборщики пришлют тебе несколько форм корректуры... сиди, читай да думай о том, что написать к завтрашнему нумеру. А тут принесут газеты; смотришь, какой-нибудь благоприятель уж и позаботится поздравить тебя с добрым утром. Сердиться на него не стоит, а всё досадно. Чуть успокоишься, сядешь за перо,– звонят в колокольчик... И ворвется какой-нибудь посетитель; друг он, не друг, а так, посетитель. Потом другой, третий... толкуй с ними... Очень приятно!..

Чуть проснешься, нет отбоя
От задорливых писак,
Не дают тебе покоя,
Жгут сигары и табак,
Предлагают вам услуги,
Повестцу вам принесут
И, как будто на досуге,
С жаром вам ее прочтут.
Тот пучок стихотворений
Вам изволит предлагать;
Сам не знает ударений,
А ударился писать.
Тот свою дрянную сказку
Подает в десятый раз:
«Я поправил тут завязку,
Стал короче мой рассказ».
Тот с безграмотной статьею
Силой ломится к вам в дверь:
«Извините – беспокою,
Но последний раз теперь».
Тот придет с пиесой дикой:
«Прочитать я вас прошу,
Человек-де вы великой,
Вашим мненьем дорожу»,
И начнется искушенье...
И пойдет тут кутерьма.
Просто сущее мученье,
Ходишь точно без ума.
Тут клянешь литературу,
Проклинаешь сам себя;
В лапах держишь корректуру,
А держать ее нельзя.
А тут, смотришь,– вдруг газеты
Новый нумер принесут,
В нем тебя сживают с света,
По карману больно бьют...
А тут, смотришь,– гневный фактор
Впопыхах к тебе бежит:
«Господин, дескать, редактор,
Типография стоит!»
Как-нибудь гостей проводишь,
Над статьей начнешь корпеть,
Что попало производишь,
Только б к сроку подоспеть!
Вдруг... о, страх! толпою гости,
Как враги, нахлынут вновь;
От досады ноют кости,
Приливает к сердцу кровь.
День проходит, день потерян...
Заглянуть беда вперед,
На другой день – будь уверен –
То же самое пойдет!

Что делать?.. Отказать совестно... назовут гордецом. Им очень хорошо известно, что журналист всегда дома... Притом думаешь, что и за делом; а на поверку выходит, что просто им дома соскучилось... Да и говорить с ними не о чем.

Как скучны эти господа!
Жить не дают совсем в покое.
Придут и сядут без стыда,
Болтают битый час пустое,
А ты тут думай: вот беда!
Я не один и нас не двое. [1]

Хоть бы сегодня меня не потревожили... У меня так много дела. Надо прочитать вот эту корректуру да написать статью в фельетон, а то завтра нумер не выдет; а это беда, решительная беда... На исправный выход газет и книжек у нас очень, очень много смотрят. Давай хоть вздор, перепечатанный из старых книг,– всё хорошо; дай превосходнейшие вещи днем позже – скажут: дрянь. (Садится и читает корректуру. Входит человек и подает газету. Семячко берет и читает.) Так и есть... Опять ругательство. Задарин каждый день меня угощает, видно, я ему солоно пришелся. (Читает и вскакивает.) Нет, это уже ни на что не похоже. Он просто лично меня оскорбляет... (Успокаивается.) Впрочем, за что сердиться? От лжи, клеветы и низких намеков мое доброе имя не пострадает. Пойду вперед добросовестно – публика рассудит, какое мнение выше: продажное или неподкупное.

Слышен звонок.

Ну, кто-то идет...

Входит Оболтусов, с рукописью под мышкой.

Оболтусов. Мое почтение.

Семячко. Здравствуйте. (Ну, теперь от него не отвяжешься!)

Оболтусов. У меня есть до вас просьба, которая, без сомнения, будет вам очень, очень приятна. Вам известно, что, несмотря на цветущую мою молодость, я изучил уже Гомера, Софокла, Еврипида, всех древних и новых, могу читать на греческом, латинском, арабском и санскритском так же свободно, как и на русском. Я занимаюсь изучением российских древностей и разбором финских рунов, пишу стихи большею частию в греческом вкусе и китайском духе; наконец, что вы скажете, если я объявлю вам, что я иногда, уделяя время легкой словесности, писал повести. Долго мне не хотелось печатать их... знаете, после исторических исследований, возни с древними как-то казалось неловко... Однако теперь я решился... Не просто решился, а, изволите видеть... написал два билетика,– на одном: «печатать», на другом: «не печатать», положил в папенькину барашковую шапку... она такая глубокая... да и дал вынуть кузине... прекрасная девушка – лет в шестнадцать. Гляжу – вынулось: «печатать». Вот я принес мою повесть к вам: напечатать. Меня умоляли об ней другие журналы, но я уж решил, что вам.

Семячко. Благодарю. Оставьте ее, я просмотрю, и если...

Страница :    << [1] 2 3 4 5 6 7 > >
Алфавитный указатель: А   Б   В   Г   Д   Е   Ж   З   И   К   Л   М   Н   О   П   Р   С   Т   У   Ф   Х   Ц   Ч   Ш   Э   Ю   Я   #   

 
 
      Copyright © 2018 Великие люди  -  Некрасов Николай Алексеевич